Памяти известной писательницы и драматурга
Всего в нескольких километрах от Кардымова, за рекой, раскинулась старинная деревня Пищулино. Места здесь удивительной красоты: Кардымово и его окрестности видны отсюда как на ладони. Неудивительно, что в прошлые годы смоленские художники часто приезжали сюда на пленэры, стремясь запечатлеть эти пейзажи. Живописные виды Пищулина вызывают восторг — здесь хочется петь.
Интересно и само название деревни, пришедшее из древнерусского языка: «пищулей» когда-то называли глиняную игрушку. В этих краях исстари процветал глиняный промысел — благо, качественной глины, даже редкой голубой, здесь всегда хватало. А в конце XIX века в соседней деревне Ольхово купец Андрей Макалинский построил кирпичный завод. Прочные кирпичи с клеймом «А.М.» до сих пор встречаются в кладке старых домов Кардымовского района. Пищулино — деревня с богатой историей, ей уже более 400 лет. Первое письменное упоминание о ней встречается в Литовской метрике за 1622 год, где земля в Радчинском стане закрепляется за Юрием Потемкиным.
В советские годы деревня прославилась тем, что в 1920 году здесь открыли первый губернский детский дом, который проработал почти век. О прежней помещичьей эпохе сегодня напоминают лишь старинное барское озеро да вековые липы, высаженные по периметру бывшей усадьбы.
Именно в это благодатное место в 1986 году приехала Нина Артемовна Семенова. Живя в Смоленске, она всегда тяготилась городским шумом и на лето уезжала в починковскую деревню Костинскую. Когда дальние дороги стали даваться тяжело, Нина Артемовна решила найти тихую гавань поближе к Смоленску. Ей подсказали Пищулино — тихое, красивое место, рядом станция и райцентр.
К моменту переезда в Пищулино Нина Семенова уже была всемирно известной писательницей. Ее повести и рассказы издавались большими тиражами, а пьесы шли на сценах более чем ста театров СССР, а также в Японии, Болгарии, Чехословакии и Греции. По ее сценариям были сняты четыре картины, среди которых знаменитые фильмы «Байка» и «Золотая свадьба».
О призвании писать Нина Артемовна знала с детства. В ее девичьем дневнике есть пророческая запись: «Писать! — пусть это слово будет мне девизом на всю жизнь! Пусть перо отныне станет моим неразлучным спутником в беде, в горе и радости!»
В Пищулине для Нины Артемовны построили небольшой дачный домик с высоким чердаком. Каждое лето там обустраивали ее творческий кабинет: устилали пол свежей соломой, создавая неповторимый аромат деревенского уюта. Писательница отличалась удивительным гостеприимством. В ее пищулинском доме часто собирался цвет смоленской литературы: поэты Юрий Пашков и Виктор Смирнов. Заходила на огонек и главный редактор кардымовской газеты Нина Клюшина. Нина Артемовна разглядела в ней поэтический талант, убедила публиковать стихи в газете и помогла выпустить первый сборник.
В деревне Нину Артемовну любили. Она быстро нашла общий язык с местными жителями, но особенной ее привязанностью стали деревенские бабушки. Писательница часами беседовала с ними, впитывая колоритную, сочную русскую речь. Деревенские истории часто становились основой ее произведений. Так, реальный случай, произошедший в Нижнем Пищулине с Марией Никитичной Декорской, ее сыном-отставником Алексеем и племянником Александром Новиковым, лег в основу знаменитой и уморительно смешной байки «Мамку забыли».
МАМКУ ЗАБЫЛИ
Затопил Ленчик баньку, а его брательник Сашка раздобыл где-то бутылку «Стрелецкой». Попарились в баньке, но прежде чем приложиться, свезли на тачке в баньку мать Ленчика — Никитичну, павшую на ноги:
— Мойся, мамка! Через часок мы тебя отсюда заберем.
Ленчик был отставник, жил с семьей в Симферополе, но когда заболела мать, ему пришлось вернуться в родную деревню. Жена ехать с ним категорически отказалась и не разрешила даже перевести военную пенсию. Поэтому Ленчик уже пятый год жил с матерью на ее пенсию и на то, что давал сад-огород.
В саду под яблоней выпили «Стрелецкую», но что значит 28 градусов для двух здоровых мужиков? Пошли к соседу Сереге. Знали, что у него две бутылки «Столичной». Одну бутылку Сергей давно уже выпил, но вторую жена берегла для растирки: крестец у Сереги ныл по ночам, не давая ни согнуться, ни разогнуться.
Сашка и Ленчик стащили Сергея с печки, разогнули и тут же оприходовали «подарок». Правда, с охотного согласия самого Сергея.
Женка Сергея бегала вокруг хаты, в которой забаррикадировалась «святая троица», кричала:
— Ироды! Бога на вас нету-ти! Он же завтра без растирки с печки не слезет. А нам очередь коров пасти.
— Не боись, Кондратьевна, — резонно отвечали братаны, — ты только нам свистни, снимем с печки, разогнем!
Возвращались от Сергея, когда звезды уже густо засняли небо. По пути разбудили спавшего на сеновале другого соседа — Мишку. Ничего для опохмелки у Мишки не было, не могло быть, потому что жил по принципу: «Или — все, или жа — ничего». Но, странное дело, братаны учуяли, что с веранды Мишкиной избы несет чем-то вкусным и знакомым. Оказалось, Мишкина жена готовила для всяких солений-варений яблочный уксус.
— Тащи, Мишка, уксус. Спробуем.
Мишка, боясь нагоняя от чутко спящей жены, попробовал уклониться:
— Как бы эти уксусом нутро не прожечь…
— Ништяк! Ежели б, конечно, натощак, а после «Столичной» любое нутро выдюжит.
С восходом солнца, провожая друзей домой, Мишка проявил неслыханную галантность: осведомился, как здоровье Никитичны.
— Батюшки! — вскричал Ленчик. — Мы ж мамку в бане забыли!
В феврале 2019 года, в память о выдающейся землячке в Кардымовской районной библиотеке был проведен вечер-портрет «Нина Семенова: прозаик, драматург, человек». Главным украшением памятного вечера стал портрет писательницы кисти знаменитого смоленского художника Вячеслава Ельчанинова, бережно хранящийся в фондах Кардымовского историко-краеведческого музея.
