К 85-летию начала Великой Отечественной войны и Смоленской оборонительной операции
Битва 1941 г. за Смоленск вошла в историю Великой Отечественной войны под именем стратегической оборонительной операции «Смоленское сражение». В отечественной историографии и литературе этот героический период мало освещен и исследован; когда начинаешь разбираться в публикациях, то, по сути, это одни и те же переписанные друг у друга факты. Где-то какие-то эпизоды сглажены, где-то переименованы, а то и вовсе искажены…
Во второй половине июля 1941 г. оперативная обстановка на Западном фронте была весьма напряженной. Танковые и пехотные дивизии противника продолжали развивать свой успех и теснить наши части на восток. Но каждый день в боях за Смоленск – за каждую улицу, дом – бойцы стояли до последнего, совершались подвиги, и за каждым подвигом стоял человек, вернее, СОЛДАТ! И это находит отражение в наградных листах, в донесениях, в воспоминаниях участников тех сражений.
Тема нашего исследования – боевые действия на территории Кардымовского муниципального округа Смоленской области (он вошел в зону окружения 16-й и 20-й армий) и переправы через реку Днепр в 1941-1943 гг. Здесь же дислоцируется и проводит свои работы поисковый отряд «Переправа».
Как у любого человека есть место рождения, так и у подвига есть конкретное место его свершения. Вот о таком месте – о переправе через Днепр и хотелось бы рассказать.
Но сначала давайте познакомимся с выдержкой из документа, который находится в архиве Военно-исторического управления Генштаба Вооруженных сил СССР. В нем содержатся конкретная дата и задача группы полковника А.И. Лизюкова для переправы частей 16-й и 20-й армий! Уже не одно десятилетие на просторах интернета (разнообразные форумы) и среди историков-исследователей боевого пути Героя Советского Союза полковника Александра Лизюкова, местных краеведов, поисковиков обсуждается вопрос – так какой же переправы он был комендантом? И была ли вообще такая должность?
Соловьева переправа, вошедшая в историю начального этапа Великой Отечественной войны, сыграла большую роль в ходе Смоленского сражения в 1941 г. Именно под таким названием она упоминается в журналах боевых действий и в большинстве мемуаров участников тех событий. Полковник Лизюков, благодаря большому количеству газетных публикаций той поры, считался комендантом Соловьевой переправы. Но так ли это было на самом деле? И о какой переправе умалчивается?
Среди публикаций, касающихся Александра Ильича Лизюкова, нам встретилась статья военных корреспондентов З. Хирена и Яна Милецкого «Полковник Лизюков» в газете «Красная звезда» от 7 августа 1941 г. за №184:
«Вот он, этот мост, на который сейчас твердо ступила нога красноармейца. Боец с лицом черным от земли, от порохового дыма, от трудных бессонных ночей, оглядывается вокруг. Берег реки вспахан артиллерийскими снарядами и авиабомбами. Всюду глубокие воронки. Всюду трупы немецких солдат и офицеров.
Гул шагов усиливается. Идут войска. По мосту двигаются автомашины, орудия, танки. Им навстречу вышли бойцы и командиры, которые не щадили своих сил, не щадили крови и самой жизни, чтобы построить мост, отстоять его от врага. Сейчас об этой переправе знает весь фронт.
Над переправой целыми днями висели фашистские самолеты. Они бомбили небольшой мост, перекинутый через реку, пикировали на людей, строивших и охранявших мост. Несколько раз переправа разлеталась в щепки. Бойцы и командиры снова брались за дело. Снова подтаскивали они бревна и доски. Снова строили.
Опять в воздухе появлялись вражеские самолеты. Они неистовствовали: сбрасывали бомбы, пикировали, не переставали обстреливать наших бойцов из пулеметов. Свежий тес не раз был окроплен кровью героев. Саперы быстро уносили раненых и убитых товарищей и снова за дело. Мост должен быть построен!
Немцы не унимались. Наконец, мост был охвачен пламенем. Люди бросались в огонь и продолжали работать. Снова стучали топоры, звенели пилы. По-прежнему грохотали бомбы и снаряды. Потом начали рваться мины, послышались пулеметные очереди. Немцы приблизились к реке. Бойцы, которые охраняли мост, встретили их огнем. Завязалась жаркая перестрелка. Силы врага в несколько раз превосходили силы защитников моста. Но никто не терял уверенности в том, что мост будет построен и наши войска пройдут через него. После ожесточенной схватки враг был отброшен и, только введя в бой спешно переброшенные к реке подкрепления, сумел захватить мост.
…Где-то в глубине леса находился человек, который ровным, спокойным голосом отдавал распоряжения. Это был полковник Александр Ильич Лизюков – комендант переправы. Он руководил строительством и обороной моста. В те трудные часы, когда казалось, что переправу вообще не удастся отстоять, он по-прежнему хладнокровно руководил боем. К нему являлись командиры и докладывали, что враг подбросил новые силы. Он выслушивал доклад и тут же говорил:
– Имейте в виду, товарищ лейтенант, мы отсюда не отойдем.
На мосту стояли немцы. В лесу доносились далекие раскаты орудийной пальбы. Бойцы командира Юшкевича с боем продвигались к переправе. Это для них строился мост. Полковник Лизюков прислушивался к отдаленному рокоту боя и не прекращал наблюдений за врагом. Он организовал группу смелых разведчиков. Эти смельчаки ночью пробирались в стан врага и в предрассветной мгле возвращались с докладом к полковнику. Ночная разведка давала много ценных сведений. Лизюков имел полное представление о том, что происходит на мосту. Улучив удобный момент, комендант переправы поднял в атаку всех, кто остался с ним. Здесь были саперы, шоферы, повара. С криками „ура” и со штыками наперевес кинулись советские богатыри на фашистов. Враг дрогнул, вынужден был покинуть мост и бежать.
Наступал рассвет, и в небе появлялись фашистские стервятники. Опять повторялось старое.
– Капитану Воликову навести переправу, – приказывал полковник.
Капитан вел своих саперов к мосту, и под огнем вырастала широкая лента из бревен и досок, соединявшая два берега реки.
– Торопитесь, – предупреждал полковник бойцов. – Скоро подойдут наши войска, путь им должен быть открыт.
И люди работали самоотверженно. В чащу леса бойцы принесли раненого капитана Воликова. Полковник подошел к нему, пожал руку.
– Переправа готова, – прошептал раненый, и глаза его радостно блеснули.
Еще много раз пытались фашисты атаковать смельчаков-саперов у переправы. Когда вражеская пехота откатывалась назад, немцы посылали танки. Навстречу танкам летели бутылки с горючим, и фашистские машины загорались. Переправу обороняла стальная стена советских людей. Все атаки врага были отбиты…
Над рекой, где герои-бойцы построили мост, кружились наши краснозвездные самолеты. Вскоре показались советские войска. Вот уже головные подразделения вступили на мост. Их встретил полковник Лизюков вместе с отважными строителями и защитниками переправы.
За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с германским фашизмом и проявленные при этом отвагу и геройство тов. Лизюкову присвоено звание Героя Советского Союза».
5 августа 1941 г. вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР №606/1 о присвоении полковнику А.И. Лизюкову звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
Так, где же встретил это известие сам Александр Ильич и где он встретился с известными военными журналистами?
В самой статье нет точных данных по месту события. Цензура военного времени не давала разрешения в статьях и заметках военных корреспондентов давать точные топографические данные о месте описываемых событий, но есть описание боя и упоминание о капитане Воликове. При изучении документов (донесения и журнал боевых действий 44-го стрелкового корпуса) встретилось донесение, подписанное капитаном Воликовым. Оно составлено на 25 июля 1941 г. с упоминанием Соловьевой переправы, но с 27 июля переправа была захвачена противником, и в тылу остались не успевшие выйти из окружения войска 16-й и 20-й армий.
Николай Евменович Воликов, 1905 года рождения, уроженец станицы Уманской Краснодарского края, в сентябре 1927 г. вступил на службу в ряды РККА. Стал кадровым военным. Войну встретил в звании капитана на должности начальника инженерной службы 44-го стрелкового корпуса.
Из воспоминаний С.П. Иванова (в 1941 г. – подполковник, начальник оперативного отдела штаба 13-й армии) о боях в г. Борисове известно, что команду саперов-подрывников возглавлял капитан Воликов. Есть вероятность, что полковник Лизюков и капитан Воликов знали друг друга уже по боям под Борисовом. В донесениях о безвозвратных потерях, где упоминается и Николай Евменович Воликов, стоят даты ранения – между 5 и 6 августа 1941 г. (*1)
Остановимся на этом временном отрезке. Вот фрагменты журнала боевых действий 44-го стрелкового корпуса:
– «6.45 5.8-41. Командир 44 ск приказал полковнику Лизюкову срочно донести, сколько переправилось войск, в каком состоянии и как переправа, как ведет себя противник. Как организована разведка и ее результаты? Что Вами использовано для усиления Вашего отряда? [Это одно из упоминаний о СВОДНОМ отряде Лизюкова и его подчинении штабу 44-го стрелкового корпуса.]
– 13.00 5.8.-41. В районе Радчино [название места переправы варьировалось – Ратчино-Радчино] по приказанию командира 44 ск силами 290 ОСБ [отдельный саперный батальон] построен мост на козлах и опорах под средние грузы». (Этот батальон (командир Худяков) был в подчинении начальника инженерной службы 44-го стрелкового корпуса Н.Е. Воликова.)
Но есть еще один документ – донесение командиру 44-го стрелкового корпуса, составленное в 7.45 утра 5 августа 1941 г. и подписанное уже военинженером 3-го ранга Кириленко, как временно исполняющим обязанности начальника инженерной службы 44-го стрелкового корпуса (*2).
Из этих донесений и статьи из газеты «Красная звезда» можно сделать вывод, что капитан Воликов был ранен ранним утром 5 августа 1941 г. на переправе Ратчино–Заборье (иногда в донесениях она упоминается как Заборьинская переправа).
Из картотеки ранений: Воликов выбыл из эвакогоспиталя №1017 30 ноября 1941 г. Он вернулся после ранения в строй и продолжал служить в Генеральном штабе РККА в звании майора. За годы службы награжден многими орденами и медалями. Войну закончил в звание гвардии подполковника. В 1947 г. занимал должность командира батальона, награжден орденом Красного Знамени, в 1954 г. – орденом Ленина.
Таким образом, мы поставили точку в спорном вопросе – на какой же переправе был комендантом (хотя такой должности просто не было) полковник Александр Ильич Лизюков. На Ратчинской! И был он не комендантом переправы, как его окрестили с легкой руки журналистов, а командиром сводного отряда.
Ратчино! Вот оно, МЕСТО ДОБЛЕСТИ И СЛАВЫ наших солдат и командиров! Низкий Вам поклон!
9 мая 1990 г. на западном берегу Днепра, в районе Ратчино, где проходила одна из переправ, в торжественной обстановке были перезахоронены в братскую могилу останки бойцов РККА, найденные поисковиками в ходе проведения Вахты Памяти. Они навечно останутся защитниками Ратчинской переправы.
Наталья Максимова, командир поискового отряда «Переправа», п. Кардымово;
Алексей Силутин, боец отряда «Переправа», г. Смоленск
Примечания
*1. Центральный архив Министерства обороны РФ (далее – ЦАМО). Ф. 33 Оп. 11458. Д. 13.
